» » «Там, в церкви, собралось все жулье»

«Там, в церкви, собралось все жулье»

28

Выдержки из статьи Вяткина В.В. «Государственно-церковные отношения в Пермской области после Великой Отечественной войны (1948-1954 гг.)» (из сборника «Религиозное многообразие Уральского региона. Материалы Всероссийской научно-практической конференции» (Оренбург, 2014)).

***

…Поворот в государственно церковных отношениях наблюдается уже в 1948 г. Именно тогда прекратились патриотические взносы РПЦ на пользу государства. Но перемены в этой области обозначились чуть раньше. В 1947 г. Пермская епархия собрала на патриотические цели лишь 195 000 руб. (менее четверти собранного в предыдущем году). Причиной того стало распоряжение главы РПЦ патриарха Алексия (Симанского), который, под нажимом Совета министров СССР, в феврале 1947 г. предписал прекратить все сборы на патриотические нужды.

Для компенсации теряемых средств государство обязало и духовенство, и мирян подписываться на займы восстановления народного хозяйства, а также увеличило налоги на церковников. Но они умели приспосабливаться. Для возмещения потерянных денег священники ищут все новых треб — «предлагают свои услуги», как говорил пермский уполномоченный Совета по делам Русской православной церкви П. С. Горбунов.

Многие из клира предчувствовали приближение новой антицерковной кампании государства. Приобретаемую недвижимость они нередко оформляли на своих родственников. Более изощренными становились и члены «двадцаток» (приходских советов), высоко ценивших «возможности» церковных кружек, «общей свечи» и других благ, как говорил порвавший с православием бывший протоиерей А. Осипов. «Там, в церкви, собралось все жулье, — писал про Егвинский приход в 1950-е гг. уполномоченный. — Они с жиру скоро лопнут, в их квартирах все стены и пол устланы дорогими коврами и дорожками». И следует согласиться, что роскошь церковников провоцировала государство к еще более активным действиям против церкви.

25 августа 1948 г., опять-таки под нажимом извне, Священный Синод РПЦ запретил всякие молебствия на полях, а также разъезды архиереев в период сельскохозяйственных работ. От деклараций о невмешательстве государства в церковные дела советские чиновники быстро перешли к прямой антицерковной деятельности.

И вот уже стали поступать сообщения о засыпке зерном зданий действующих храмов. В Пермской области такая участь постигла Петропавловскую церковь села Елово. В соответствии с «Положением об управлении Русской православной церковью» повсюду вводится порядок, в соответствии с которым с весны до 7 ноября богослужения в сельских храмах стали совершаться лишь в ночные часы.

…К 1953 г. значительно сокращается число храмов всей РПЦ. … Не прояви необходимой активности управляющий Пермской епархией архиепископ Иоанн (Лавриненко), закрытых храмов было бы больше. В 1949 г. он просил патриарха обратиться в Совет по делам РПЦ по поводу намерения П. С. Горбунова закрыть еще 7 храмов. Последовало указание Горбунову из Москвы: «Впредь, до получения согласия Совета, не следует препятствовать функционированию этих церквей».

Начиная с 1949 г. постепенно прекращаются внехрамовые богослужения. Все крестные ходы, кроме пасхальных, были отменены. Уже не допускалось обслуживание одним священником нескольких церквей. По всей стране прокатилась волна арестов духовенства.

Охарактеризовав в 1947 г. клирика Пермской епархии игумена Харитона (Вилисова) «как реакционно настроенного по отношению к современной церкви, называющего патриарха ставленником Сталина» (со слов чердынского священника Н. Сперанцева), уполномоченный П. С. Горбунов добавил в своем отчете, что «в настоящее время поведением Вилисова занимаются соответствующие органы». В 1948 г. Вилисов был осужден; освобождение последовало лишь в 1955 г. …

В 1949 г. на большой срок лишили свободы секретаря архиепископа Лавриненко протоиерея М. Зеленецкого (это был тяжелый удар для архиепископа, прожившего с семьей Зеленецких около 20 лет). Лавриненко считал, что в аресте Зеленецкого виновен протоиерей М. Лукканен; такой же точки зрения придерживался протоиерей С. Митрюковский.

Да, в те годы доносчиками и клеветниками порой становились и священники. Церковное предание донесло до нас, к примеру, историю протоиерея Н. Архангельского, служившего при архиепископе Пермском Александре (Толстопятове), в годы Великой Отечественной войны. Однажды в зубном кабинете Архангельского спросили: не священник ли Вы? Но тот предпочел представиться профессором университета. К тому времени (после смерти Толстопятова) Синод уже решил вопрос о рукоположении вдового протоиерея Архангельского в архиереи. Перед тем как он отправился на хиротонию, в патриархию позвонил протоиерей М. Лукканен и рассказал об отречении от священного сана в зубном кабинете. «Спасибо, что помог», — сказал Лукканену вернувшийся ни с чем из Москвы Архангельский.

«Помог, чем мог», — ответил Лукканен.

… На 1 января 1948 г. она [Пермская епархия] насчитывала только 91 священника и 19 дьяконов.

Несмотря на трудности, архиепископ Лавриненко нашел возможность увеличить число хиротоний. В 1955 г. в сан иерея было рукоположено 7 человек, в сан дьякона — 9. (В то время в масштабах всей РПЦ, насчитывавшей свыше 70 епархий, в год рукополагали около 300 человек.) В результате новых хиротоний состав духовенства несколько улучшался, но костяк оставался прежним. Как бы то ни было, церковники вновь явили способность приспосабливаться к ухудшающимся условиям.

Сращивание ряда клириков с советской властью — даже с этим пришлось столкнуться церковному руководству. В 1950 г. дьякон Г. Тресков «многократно поносил гнусными, непристойными словами и площадной бранью своего епархиального архиерея и также угрожал ему отправить туда, куда отбыл бывший секретарь его протоиерей М. Зеленецкий». Но Тресков не был отстранен от дьяконского служения. Церковное предание донесло до нас описание его внешности, в которой обнаруживается большое сходство с внешностью В. И. Ленина.

Между тем управляющий епархией старался не поддаваться ни на какие провокации. «Компромат» на него отсутствовал. «С духовенством и верующими ни на какие темы не беседует, кроме прямых обязанностей по церковной службе», — писал про Лавриненко уполномоченный П. С. Горбунов. Но этого мало: «архиепископ Иоанн никаких связей и отношений с местной советской властью не имеет и никуда не ходит», — отметил в другой раз Горбунов. Даже писать родственникам он опасался, но на 7 ноября всегда посылал поздравительные телеграммы. Про Лавриненко говорили, что он вежлив и обходителен. Понимая никчемность конфронтации, он искал разумных компромиссов с уполномоченным, чем не отличались его преемники на Пермской кафедре.

… Однажды, когда было очень трудно, Лавриненко выступил с предложением о закрытии некоторых храмов, где их было много, чтобы открыть храмы в других местах. И это было вполне резонно: ведь в 1957 г. в 12 городах и 10 районах Пермской области не имелось ни одной церкви.

… 7 июля 1954 г. вышло постановление ЦК КПСС «О крупных недостатках в научно-атеистической пропаганде», которым предполагалось вернуться на довоенный путь искоренения православия. Церковь была накануне больших трудностей. Но перед грозой бывает затишье. Государство всё еще было заинтересовано в использовании церкви во внешнеполитических целях.

Иллюстрация: архиеп. Иоанн (Лавриненко)

МНЕНИЯ | Ошибка? Пятница,10:39 0 Просмотров:32
Другие новости по теме:
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.