» » Если веруешь в Бога, то все позволено?

Если веруешь в Бога, то все позволено?

8

219

Не знаю, будут ли другие бывшие священники отвечать на текст ростовского протоиерея Даниила Азизова — в принципе, аргументы «бывших» на наших страницах уже многократно воспроизводились, как и аргументы их критиков. Но, на правах бывшего, отвечу еще разок я сам на пункты обвинения отца Даниила.

Первое — с сожалением стоит отметить, что среди нашего «верующего», служащего духовенства не распространено понятие вежливой аргументации. Когда противника сравниваешь со рвотой и его мотивы — с желанием «насладиться мелкой иудиной местью» — на этом в принципе можно и закончить. Тут автор показывает свое нежелание полемики, а лишь намерение уничижить врага в собственных глазах и глазах своих сторонников.

Это лишь в очередной раз подтверждает инфантильность мировоззрения и поступков очень многих наших батюшек. В своей «аргументации» они ведут себя как мальчишки во дворе, обзывающие друг друга «девчонкой» или еще какими уничижительными эпитетами, думая, что тем самым возвышаются над тем, кого обзывают. Тут сразу после Пасхи явился к нам в группу в ВК один томский батюшка, доселе мне неизвестный, мой ровесник, и обозвал меня «расстрижкой Лешкой», думая, что тем самым разбил в пух и прах соперника. Но то, что естественно для десятилеток, то глупо звучит в устах взрослых мужчин, и некрасиво и даже, извините, греховно в устах служащих клириков, которые вроде бы только встретили Воскресшего Христа — и на радостях пошли обзывать других.

Ну это ладно, вспомним дворовую мудрость: кто обзывается — сам так называется.

Аргумент-цитату «они вышли от нас, но не были наши» используют абсолютно все критики «бывших», шаблон такой. И не задумываются над глубиной этого: десять, пятнадцать лет вы служили бок о бок, целовали руки друг другу на архиерейских службах, говорили «Христос посреди нас» и проч. И вдруг раз — и братья в момент стали «не наши». Притчу о старшем брате и младшем, ушедшем на страну далече, и их отце они лишь языком воспроизводят на службе, сердце же их полностью на стороне старшего брата.

«Проблема возникла во время, когда хиротонии совершались над неофитами», говорит отец Даниил. Ок, а кто в этом виноват? Кто рукополагал 18-20-летних мальчиков и продолжает рукополагать? Хоть один архиерей наказан за это? Хоть один духовник, который подписал рекомендацию, покаялся публично? Хоть один настоятель или благочинный, который привел за руку к архиерею, предложил рукоположиться неофиту — снят с должности?

Нет, виноват всегда стрелочник, он, видите ли, был неофит и потом сгорел. А почему сгорел? Может, именно потому, что был слеп, будучи неофитом, и все видел в розовых красках, а потом прозрел, насмотревшись на попов и архиереев, на жизнь рпцшной системы?

«У массы ушедших нет морального права бравировать своей „честностью“. … Но вот если „вы“ решили отрыть свою душу общественности, то делайте это до конца».

А у массы оставшихся какое есть право? Право целовать ручку своему правящему архиерею, которого не первый год и даже десятилетие называют попы между собой не Меркурием, а Венерием? Право молчать и бояться, собирать конвертики архиереюшкам и говорить прихожанам шаблонные скучные проповеди, в которые сами не верят?

Как раз именно ушедшие наконец-то добились главного в жизни — они теперь могут себе позволить быть честными и говорить то, что думают. Это та драгоценность, которой лишены оставшиеся, именно поэтому некоторые священники и обзывают ушедших, и язвят в их адрес, потому что завидуют ушедших в глубине души. Потому что стыдно быть безгласными рабами, баранами и одновременно считаться пастырями.

У ушедших полно грехов, и они не обнажаются перед всем белым светом? А зачем они должны это делать? Это оставшиеся называют себя верующими, пастырями, ангелами Церкви и проч. — это они вроде как свет в окошке и свеча на свечнице, которые своим примером указывают путь грешникам. А ушедший и разуверившийся человек по определению не является и не хочет являться святым. Он уважает право каждого человека на частную жизнь с ее сложностями. Ушедшие не обзаводятся духовными чадами и не указывают пути в рай. Это к оставшимся можно предъявлять эти претензии — и спрашивать с них строго за несоответствие их слов и дел.

Но главное не это — главный аргумент критиков ушедших — это вера. По глубокому внутреннему убеждению «верующих», за веру им прощается что угодно, а потерявший веру — теряет в их глазах весь человеческий облик, становится той самой рвотой, которую надо изрыгнуть и смыть в унитаз.

Если ты верующий и остаешься в РПЦ, то ты можешь быть «голубым» архиереем, священником-пьяницей, мракобесом, хапугой, циничным негодяем, абьюзером и т.п. — тут сразу появляется аргумент «Бог ему судья, а не я». Но честный человек, при этом ушедший и потерявший веру, превращается в нечто отвратительное.

Тут Азизовым вспоминается бывший протоиерей, атеист Александр Осипов и слова Анатолия Краснова-Левитина об «исповедях» бывших священников, «ренегатов», разоблачающих веру.

Давайте немного вспомним этого самого «иуду-расстригу» Осипова, которого так любят приводить в качестве шаблонного примера критики бывших.

Ученый человек, кандидат богословия, был миссионером тюрем, больниц, заразных бараков, приютов и сумасшедших домов.

В 1943 году усыновил мальчика, военного сироту. Его жена, дочь протоиерея, была эвакуирована на Запад вместе с детьми, она оформила развод и отреклась от мужа как от «красного попа».

«Мучительным нравственным ударом стало происшествие 1947 года. Трагедия произошла во время пасхального богослужения, в храме ЛДА рухнула лестница, на которой стояли молящиеся, многие получили серьезные увечья. «Тяжелые это были испытания, — вспоминал Осипов, — один сплошной вопрос Господу Богу: «Через блокаду провел? — провел. Мир даровал? — даровал. Так что же Ты над этими, самыми верными детьми Твоими, пришедшими в эту ночь на поклонение Тебе, надругался?»

В 1951 году женился вторым браком, послал прошение о снятии сана. Это прошение рассматривали четыре года, лишь в 1955 году он был отстранен от священнослужения (которое и так не совершал по болезни с 1950-го), с предписанием по-прежнему носить рясу.

Ну а дальше была история с его отречением и связями с КГБ, извержением из сана, ровно с той же цитатой: «они вышли от нас, но не были наши».

А теперь вспомним Левитина и его характеристики других священнослужителей — «верующих». Скажите, чем лучше Осипова протопресвитер Николай Колчицкий — ревностный слуга чекистов? Чем лучше «верующий» обновленец Александр Введенский, второбрачный «митрополит», от которого тот же Левитин принял дьяконский сан? А другие архиереи и попы советского времени, которые были сексотами и нравственно падшими людьми?

А лучше они были тем, скажут, что они были «верующими». Вообще, православным РПЦ давно пора ввести табель о рангах веры и награды за веру. Действительный статский верующий. Кавалер ордена Веры всех степеней. Дважды Герой Веры.

Главное — самоидентификация. Веруй — и делай что хочешь. Если веруешь в Бога, то все позволено — вот их кредо.

Ну а цитата «вера без дел мертва» — она какая-то неудобная, ну ее.

Поэтому действительно — мы вышли от вас, потому что не были ваши. А вот кто такие вы, кто такие мы — Христос сам разберется, без наших выяснений отношений, обзывалок, табелей и «вер».

Пишу все это с уважением к отцу Даниилу Азизову. Я сам был «верующий», сам думал похожим образом. Жизнь меняется, мнения меняются, «вера» меняется. Хорошо, когда человек не стоит на месте и не плесневеет в своей уверенности и в своей «правоте». Чего я отцу Даниилу и всем прочим верующим священникам от души желаю.

Публикации | Ошибка? Вторник,8:35 0 Просмотров:70
Другие новости по теме:
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.