» » Половина монахинь Елисаветинского монастыря Минска больны коронавирусом

Половина монахинь Елисаветинского монастыря Минска больны коронавирусом

0

1 314

Портал TUT.BY публикует интервью с духовником минского женского Елисаветинского монастыря протоиереем Андреем Лемешонком, главным ковидо-диссидентом БПЦ.

В интервью Лемешонок сетует, что монастырь закрыли на карантин, потому что тем самым нарушена социальная и пастырская деятельность монастыря:

«Для нас это беда, потому что мы очень нужны больным людям, им нужна помощь, добрые глаза и доброе слово».

Священник также сетует, что несмотря на их добрые дела, сейчас на монастырь и на него самого «льется гадость», то есть критика:

«Мы делали много хорошего, а сейчас на нас столько гадостей льется. Мне очень больно это, потому что пишут люди, которым я очень помогал, когда они были в критических ситуациях, годами приходили ко мне на исповедь, а сейчас они пишут: „Когда Лемешонка посадят?“ Я должен правильно к этому относиться, как христианин я должен говорить: „Это нормально, это все нормально“. Я же делаю не для людей, а для Бога, это моя работа, как врач, который лечит».

Лемешонок продолжает упорствовать и доказывать, что ничего особенного в коронавирусе нет, сестры и так часто болеют, а ходить в монастырь прихожанам все равно не возбранялось, тем более, что в Беларуси сам президент на Пасху приходит ставить свечку:

«Президент сказал: „Я приду, поставлю свечку“. Самое удивительное, что и президент Болгарии сказал: „Я не решусь закрыть храмы“, а Болгария по сравнению с другими европейскими странами очень бедная. И президент Беларуси сказал то же. У нас настоящая Пасха. Думаю, ради этой Пасхи стоит сейчас терпеть всю эту ложь, и этого будет все больше. Я не исключаю, что в итоге останусь один».

Лемешонок опять с одобрением вспоминает, как митрополит Филарет (Дроздов) собирал огромные крестные ходы во время эпидемии, а храмы в то время были переполнены. И дело ныне не в вирусе, а в том, чтобы «разъединить людей».

А еще «трагедия, что дети учатся онлайн, это же страшное дело!», потому что «детям нужен учитель, им нужно общение!»

Переживает духовник и за людей, закрытых из-за эпидемии в квартирах, потому что «не все живут по любви», а некоторые и с ума сходят и кончают жизнь самоубийством.

То ли дело в храме:

«В храме лучшее место во всем мире. Это не я сказал, это сказали древние монахи. В каком бы ты состоянии ни был, придя в храм, ты понимаешь, что тебе все-таки становится легче. У меня были периоды в жизни, когда я мучился, страдал и было страшно жить дальше, но после храма становилось легче. И я уверен в этом. Если я от этого откажусь, я откажусь от Бога, от жизненного опыта, который мне Господь даровал. Я никогда этого не сделаю, даже если меня убьют».

В разговор вступает монахиня Мария (Яковлева), которая занимается сайтом монастыря и сама перенесла коронавирус. Она сообщает, что из 130 монахинь у половины коронавирус:

«Я сама переболела. В монастыре живут около 130 монахинь. Коронавирус подтвердился почти у половины, около десяти сестер находятся в больнице, остальные лечатся в монастыре. Мы под постоянным наблюдением врача, выполняем все рекомендации: обрабатываем помещения, ходим в повязках, здоровые живут и питаются отдельно от больных, за разными столами.

Что удивительно: некоторые из сестер с подтвержденным коронавирусом прекрасно себя чувствуют, болезнь протекает бессимптомно. А некоторые сестры, у кого тест отрицательный, себя ужасно чувствуют. Так что все относительно.

Монахини, которые болеют, сидят в кельях, никуда не выходят. Если медики разрешают небольшую прогулку, монахини надевают маски, стараются держать дистанцию, выходят на минут 15 — и назад в келью. Здоровые сестры в основном готовят еду, убирают в храме, поют на службе, с больными и даже выздоравливающими у них контакта нет.

(..) Среди священнослужителей положительный тест только у одного молодого священника, его забрали в больницу. Завтра из больницы выписывают 93-летнего отца Василия, он был на аппарате ИВЛ, но поправился».

Про умершую от коронавируса монахиню Яковлева сообщает, что хоть у той и был положительный тест на ковид, умерла она от легочно-сердечной недостаточности, ей было 83 года и «букет болезней».

Подворье, где жила та монахиня, на карантин не закрыли, добавляет Лемешонок, а отпевали эту монахиню в присутствии сорока человек:

«Собрались люди на подворье, там человек 40 живет, все помолились и проводили ее с любовью. У нас было все красиво».

В качестве вывода, монахиня Мария отметила, что со светским мировоззрением нельзя подходить к православию, то есть не имеет никто права судить их за ковидо-диссидентство:

«В Минске храмов много, слава Богу. Кто-то дезинфицирует лжицы, кто-то соблюдает дистанцию — на здоровье, у людей есть выбор. Мы выполнили те рекомендации, которые могли выполнить. Нельзя со светским мировоззрением подходить к православию. Верующему человеку жить без причастия невозможно, тогда нет ни веры, ни здоровья. Если нас лишить причастия, мы тут вообще все помрем, без Бога жить невозможно. Люди, которые к нам пришли, любят монастырь, и мы не вправе их выгонять».

Иллюстрация: прот. Андрей Лемешонок /фото: obitel-minsk.ru

Публикации | Ошибка? Четверг,3:35 0 Просмотров:27
Другие новости по теме:
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.