» » Клановая любовь или клановый эгоизм?

Клановая любовь или клановый эгоизм?

4

56

Из цикла «Теория бытия». Продолжение, предыдущие части тут.

Клановый эгоизм проявляется как попрание нравственного (евангельского) закона в угоду близким людям, клановым интересам. Клановые интересы определяются близостью человека к тем или иным социальным группам, таким как государство, этнос, конфессия, сословие, организация, родственники, знакомые, семья… Забота об интересах своей социальной группы, а по сути забота о личных интересах, лукаво представляется в рамках клановой заинтересованности как любовь к ближнему своему. Но что это за любовь такая, если клановые интересы могут довести сообщество до такого преступления как геноцид, и даже он может восприниматься «своими» как благое дело?

Клановый эгоизм легко прощает «своим» любую несправедливость, если, конечно, она совершена против «чужих», «чужим» же клановый эгоизм не прощает ничего. Клановый эгоизм ведет к тем же грехам и преступлениям, что и эгоизм личный, но в силу своей массовости клановый эгоизм может разрастаться до масштабов мировой катастрофы.

Интересы семьи чаще, чем что-либо, заставляют человека идти наперекор нравственным нормам. Драматическую ситуацию выбора между интересами семьи и нравственным законом, Господь разрешает жестко и однозначно: «И враги человеку домашние его. Кто любит отца или мать более, нежели Меня не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня». (Мф.10.36,37)

В чем выражается любовь к Богу, мы уже определились: «Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня». (Ин.14.21) Таким образом, заповедь о предпочтительности любви к Богу — это заповедь о преимуществе нравственных (евангельских) законов перед клановыми интересами семьи, а уж тем более перед интересами какого-либо иного сообщества, в том числе и Церкви. А то, что интересы семьи превыше интересов Церкви, Спаситель обозначил в осуждении иудейского права не делиться с родителями тем, что определено как дар Богу.

О разделении, которое Иисус привнес в родственные и клановые связи иудеев, Спаситель говорил неоднократно и категорично. Андрей Кураев определил эту коллизию следующим образом: «Истина разделяет, ибо несовместима с ложью». А если Господь возвещает истину, то имеет ли Он право пожертвовать клановым согласием в заблуждении?

В притче о добром самаритянине Господь совершенно недвусмысленно указывает на то, что ближнего своего следует видеть в том, кому требуется наше участие, а вовсе не в клановом окружении, и главный смысл этой притчи направлен именно против кланового эгоизма.

Клановая ограниченность даже со Спасителем сыграла злую шутку. В начале своей миссии Иисус крайне отрицательно относился к проповеди за пределами иудейской среды, потому что слава фокусника и целителя, на которую Он был обречен в неподготовленном обществе, была Ему не то что без надобности, но даже и вредна. И только когда Иисус понял, что в иудейской среде Новый Завет обречен стать ересью мелкой гонимой секты, Он отправил апостолов к язычникам. Вот эти двенадцать человек и стали итогом многовековой заботы Господней о взращивании этноса, способного воспринять новозаветное Откровение. И эти двенадцать иудеев справились с Богом возложенной на них задачей.

Разумеется, предпочтительность интересов близких людей нельзя в полной мере считать клановым эгоизмом, но, по крайней мере, не следует приносить интересы «чужих» в жертву интересам клановым. Человек не может быть совершенным альтруистом, хотя бы потому, что и ему надо как-то выживать в этом мире, то же можно сказать и об интересах социальной группы. И провести четкую границу между достаточным альтруизмом и неподобающем эгоизмом невозможно. Эту границу проводит каждый сам для себя, как ему совесть подсказывает. А уж Господь рассудит, достаточна ли была мера нашей самоотверженности.

В Царствии Небесном человеческая клановость разрушится, потому что структура того сообщества будет определяться только нравственной (евангельской) высотой человеков, что, очевидно хотя бы из заповеди «кто умалится, как это дитя, тот и больше в Царстве Небесном» (Мф.18:4).

Даже христианство разбилось на бесчисленное множество кланов (конфессий, и так называемых ересей и сект). И что интересно, никакие межконфессиональные раздоры не определяются Словом Божьим, в Евангелии все христиане едины. Что же тогда Церкви разделяет? А разрушается христианство «заповедями человеческими». «Заповеди человеческие» стали превыше Слова Божьего, а потому и «разделился дом сам в себе». Но откуда у заповедей человеческих такая силища?

«Тогда приступила к Нему мать сыновей Зеведеевых с сыновьями своими, кланяясь и чего-то прося у Него. Он сказал ей: чего ты хочешь? Она говорит Ему: скажи, чтобы сии два сына мои сели у Тебя один по правую сторону, а другой по левую в Царстве Твоем. Иисус сказал в ответ: не знаете, чего просите». (Мф. 20:20-22) Христианство поражено ядом зеведеевым, ядом особой близости к Богу, исключительной богоугодности, конфессиональной гордыни. И если личная порочность, порождаемая гордыней, в христианстве еще худо-бедно идентифицируется, то клановая — никогда. Более того, клановая святость догматизирована, и оспаривать ее — страшный грех. Легко представить себе, куда заводят человека его бессовестность вкупе с гордыней, но ровно туда же они заводят и любую социальную группу.

Если бы для Бога было значимо наше досконально верное представление о Нем, то Он пришел бы к нам с учебником догматики. А если бы для Бога был значим обряд, то Он пришел бы к нам с учебником литургики. А если бы нам следовало иметь верное знание о мироустройстве, то Иисус пришел бы к нам с учебником естествознания. Но Он пришел к нам с учебником нравственности, исходя из этого и следует делать выводы об аксиологии Бога, и строить теологическую систему ценностей.

«И пришли Матерь и братья Его и, стоя вне дома, послали к Нему звать Его. Около Него сидел народ. И сказали Ему: вот, Матерь Твоя и братья Твои и сестры Твои, вне дома, спрашивают Тебя. И отвечал им: кто матерь Моя и братья Мои? И обозрев сидящих вокруг Себя, говорит: вот матерь Моя и братья Мои; ибо кто будет исполнять волю Божию, тот Мне брат, и сестра, и матерь». (Мк.3:31-35)

Заметьте, речь идет не об исполнении заповедей человеческих, не об исполнении обрядов, канонов, уставов, правил, обычаев и традиций Церкви, хотя бы потому, что христианской Церкви тогда вообще не существовало, и не об исполнении закона иудейского, тех же заповедей человеческих, пренебрежение которыми Спаситель постоянно проявлял и имел из-за этого конфликты с архиереями, книжниками и законниками. Речь в этой цитате идет только лишь об исполнении нравственных заповедей Нового Завета.

Разумеется, никаких проблем с доступом родственников ко Христу в данном случае не было, просто Господь никогда не упускал случая для нравственных уроков. И лишний раз напомнил о том, что нравственность человеческая превыше клановых интересов. Но если мы перенесем этот нравственный урок на жизнь, то можем заметить, что протекционизм как общепринятая традиция может разрастись до такой степени деструктивности, что разрушает даже государственность.

«Если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники? Итак, будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный». (Мф.5.46-48).

Значит, у Бога нет любимчиков по клановой принадлежности?

Публикации | Ошибка? Понедельник,8:00 0 Просмотров:21
Другие новости по теме:
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.