» » Единоросс Елена Шмелева как адепт повестки людеардеров: узаконенное рабство через образовательную модель «Сириуса»

Единоросс Елена Шмелева как адепт повестки людеардеров: узаконенное рабство через образовательную модель «Сириуса»

56
Одна из первой пятерки избирательного списка «Единой России», глава образовательного центра «Сириус» и сопредседатель штаба ОНФ Елена Шмелева имеет широкие полномочия и большие прожекты по реформированию российского образования. В июле Шмелева опубликовала программную статью в «Российской газете» под названием «Как сделать образование в России доступным и качественным независимо от региона». Редакция считает важным разобрать этот текст и ряд других заявлений очередного штатного «прогрессора» от образования, чтобы утвердиться в понимании, откуда дует ветер у реформаторов и к чему они подводят новое поколение россиян.

В опубликованной 9 июля с.г. в «РГ» статье Шмелева задается вопросами :

«Как передать школьникам те ценности, которые важны для нас? Как обеспечить сохранение и развитие человеческого капитала страны? Все это – задачи воспитания и образования. А значит, мы должны делать все, чтобы его улучшить».

В первом же абзаце видим фирменный лексикон глобалистов из Всемирного банка, МВФ, Всемирного экономического форума и т.д. – «человеческий капитал». Напомним, human capital (англ.) – ноу-хау американских капиталистов из Чикагской школы, сформулированное в 50-60-х годах прошлого века. Теория человеческого капитала оценивает каждого индивида подобно акции на бирже: либо его можно хорошо «продать», тем самым увеличив свой доход, либо он является «нерентабельным». Это сугубо материалистический бизнес-подход к личности человека. Это основа современных олигополий банков и транснацкорпораций, которые рассматривают человеческие ресурсы как еще один актив в своем управлении. Кроме того, в рамках т.н. «цифровой экономики» и четвертой промышленной революции на первый план выходят «держатели портфелей человеческого капитала», уже сконцентрировавшие в своих руках бОльшую часть материальных благ и прямо заявляющие о своем праве на владение людьми.

Таким образом, г-жа Шмелева намерена развивать человеческий капитал России. Для кого именно – увидим дальше. Вот какими средствами она предлагает этого достичь:

«…необходимо сделать так, чтобы российская система образования позволяла раскрыть потенциал каждого ребенка. У детей изначально должен быть равный доступ к нашему культурному и социальному капиталу (языку, исторической памяти, искусству, науке и спорту, новым технологиям), к программам дошкольного и дополнительного образования. При этом подход к обучению должен быть индивидуальным».

Действительно, равный доступ к историческому и культурному наследию, к спортивным и научным кружкам, к творчеству и спорту очень важны для детей. Что значит доступ к «новым технологиям» в этом контексте – не очень понятно. Как и неясно, зачем опять называть все эти ценности «капиталом» - опять с явным прицелом на бизнес-подход. Раньше все перечисленное достигалось по умолчанию за счет бесплатных кружков и секций, воспитательной и патриотической работы с детьми – и без всяких цифровых технологий, заметим. Сегодня же Правительство сделало ставку на внедрение «навигаторов дополнительного образования» и персональных цифровых сертификатов, в рамках которых не всегда можно покрыть стоимость даже одного полноценного кружка или секции. За всестороннее развитие ребенка родителям приходится выкладывать кругленькие суммы – о каком «равном доступе» идет речь? Уберите капиталистов-частников из детского образования, увеличьте бюджетное финансирование всей отрасли, тратьте деньги на повышение зарплат педагогам, а не на интерактивные комплексы и биометрические камеры слежения – и будет вам настоящий «равный доступ».

И о каком же «индивидуальном подходе к обучению» ведет речь Шмелева? Это хорошо знакомая история с цифровой платформой персонализированного обучения от Сбера ( подробно разбиралась ), когда нейросеть выстраивает персональную траекторию школьника на основе собираемого у него цифрового следа. Уничтожаются единые стандарты, единая шкала оценок, ребенок как бы сам ставит себе задачи и сам определяет, насколько ему удалось их выполнить. Фактически, это переход на самообразование – так прямо и написано у методологов Германа Грефа.

«Чтобы качественно выполнить задачу президента по строительству современных вузовских кампусов и образовательных центров для школьников, надо прежде всего учитывать мнение педагогов – тех, кто помог своим ученикам добиться выдающихся результатов. Именно наставники подскажут, каким должно быть развивающее пространство. А уже потом можно привлекать ведущих мировых и российских архитекторов. По таком принципу организованы процессы создания образовательной инфраструктуры в «Сириусе»», – продолжает Шмелева.

Оказывается, для создания нормального «развивающего пространства» нам надо привлекать «ведущих мировых архитекторов». Заметим, архитекторов с собственными, глобальными, т.е. либерал-глобалистскими, «ценностями» и соответствующим взглядом на мировое образование. А что, у русской и советской педагогики нет своих гениев, собственной великой педагогической и научной школы? Не пора ли прекратить этот постоянный «обмен опытом с уважаемыми партнерами» в нашем образовании, который обычно выливается в слепое копирование откровенно дегенеративных элементов типа бакалавриата, ЕГЭ, тестовых проверок вместо устных ответов на билеты экзаменатору, модульного обучения вместо предметного и т.д.?

«…необходимо снизить учебную нагрузку на детей в рамках общего образования и снять бюрократический груз с педагогов. Вместо этого и тех и других нужно поддерживать, консультировать, приобщать к новым методам обучения и воспитания. С особой тщательностью стоит подойти к подготовке учителей, руководителей образовательных организаций, клинических психологов. Мы всеми своими ресурсами должны повышать благополучие детей и их педагогов.
Нам действительно пора вернуться к вопросу о снижении учебной нагрузки на школьников. Последовательного уменьшения количества формальных проверок, контрольных работ, мониторингов. Давайте не будем заблуждаться - даже самые тщательные формальные проверки не могут ничего сделать сами по себе. Вместо повышения качества образования они лишь притупляют ощущение ответственности за будущее детей, которая лежит на каждом из нас».


«Снизить учебную нагрузку на детей» - то есть меньше их учить, снизить количество еженедельных часов по предметам. Контрольные работы, мониторинги успеваемости и т.д., согласно Шмелевой, не повышают качество образования, а являются формальностью, которая «притупляет ощущение ответственности за будущее детей». А если не будет контрольных и экзаменов, ответственность за будущее детей у каждого из нас дико возрастет – так что ли? И что это за загадочные «новые методы обучения и воспитания», к которым Шмелева считает нужным приобщать детей и педагогов? Содержание этих методов в ее статье никак не раскрывается.

«Следующий вопрос, который нуждается в пересмотре: как мы определяем статус образования. Традиционно во главу угла ставится его уровень. Но вообще-то в образовании ключевую роль играет качество. Образовательные стандарты, цифровые технологии, финансовые механизмы развития должны быть не самоцелью, а инструментом для создания общедоступного образования высокого качества, позволяющего любому ребенку выбрать свою траекторию и стать успешным».

И снова – про внедрение персональной траектории развития для каждого ребенка, якобы только так можно стать успешным. Шмелева зачем-то противопоставляет уровни образования (т.е. его традиционные ступени – начальное, среднее, профессиональное, высшее) и его качество. Понятно, что качество передаваемых детям знаний должно быть высоким на всех уровнях, но глава «Сириуса» обозначают эту «проблему» ради далеко идущих реформаторских планов.

«Именно поэтому региональные университеты должны стать центрами развития территорий. Необходимо поддержать каждый из них (особенно в регионах, где университет всего один), повышая качество и уникальность программ. Это можно делать за счет сетевого взаимодействия: когда студенты поступают в региональный университет, но часть программы могут освоить в других образовательных или научных организациях, на производстве. Это можно делать за счет прикладных научных исследований по критическим технологиям регионов, внедряя российское ПО и применяя отечественное научное оборудование, снимая барьеры для поставки расходных материалов, повышая качество управления научными организациями и технологическими кластерами».

Вы не ослышались – качество и уникальность образовательных программ предлагается повышать за счет внедрения т.н. сетевого обучения, то есть студентам будут удаленно крутить лекции преподавателей из других вузов вместо живых занятий в том университете, куда они поступили. Налицо очередной этап «оптимизации» образования, который давно продвигал тот же экс-ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов: разделение вузов на три категории – доноры, реципиенты и остающиеся на самообеспечении преподавательским составом ( подробнее – см. материал ). Кстати, в новом ФГОСе среднего образования и профильном 123-ФЗ созданы все правовые предпосылки для внедрения сетевого обучения, которое (внимание!) согласно типовому договору с «получателем обр. услуги» может быть и платным.

«Новая российская образовательная реальность формируется на междисциплинарном и межуровневом подходе. Способности детей нужно развивать, задействуя всю инфраструктуру учебных, научных, культурных и спортивных организаций. Наши дети достойны того, чтобы с ними занимались самые сильные педагоги, ученые, тренеры, деятели искусств и неравнодушные профессионалы из государственных и частных компаний. Такие наставники - это не просто носители знаний, а (может быть, в первую очередь) счастливые люди. Они делают то, что улучшает и меняет мир».

Переведем на практический язык «высокие размышления» Шмелевой: предметное образование и профессиональная педагогика уходят в прошлое. Вместо учителей детей должны учить и воспитывать «профессиональные социальные инженеры» из государственных и частных бизнес-корпораций. Главное, чтобы наставник, занимающийся с ребенком, ощущал себя «счастливым», а его уровень знаний по конкретному предмету – штука второстепенная. Это на полном серьезе заявляет человек, входящий в президиум Совета по науке и образованию при президенте.

12 августа Шмелева посетила центр екатеринбургского Фонда «Золотое сечение», где обсудила вопрос формирования партнерского сообщества по выявлению и поддержке талантливых детей и молодежи.

«Модель «Сириуса» - это дотянуться до каждого школьника, используя потенциал очень сильных педагогов. В «Золотом сечении» точно также. Если при его открытии мы говорили об охвате 10% детей региона как целевом значении, то сейчас можно уверенно заявлять о расширении этого показателя. Кроме того, фонд отличается большим числом партнеров - высокотехнологичных предприятий, которые заинтересованы в подготовке творческих сотрудников уже с школьной скамьи. И это настоящий переворот, ведь мы все помним, как еще совсем недавно предприятия присматривали будущих сотрудников в лучшем случае среди старшекурсников вузов», - отметила Елена Шмелева .

И снова знакомая песня – Шмелева всячески приветствует вмешательство в государственное общее образование «высокотехнологичных предприятий», которые имеют конкретный узкий интерес: подготовка себе кадров «уже со школьной скамьи». Иными словами, она напрямую продолжает реализацию планов форсайтщиков, разработчиков дорожных карт «Образование-2030» и «Образование-2035» Павла Лукши и Дмитрия Пескова, которые подробно разбирала . Этот процесс вовлечения бизнеса как инвестора в образование людей с пеленок прямо именуется ими «узаконенным рабством». Среди инструментов его реализации – образовательные траектории «под заказ», содержание образования также постоянно меняется в интересах «личной капитализации». Ну и конечно здесь же «личный паспорт компетенций» и «цифровое портфолио» («цифровой профиль», его активно внедряет Минпросвет в рамках федерального проекта «ЦОС» - ), который ведется вовсе не ради удобства обучающегося, а ради его контроля, направления по заданной траектории и доступа заинтересованных «третьих лиц» к его личному делу.




Если человека с пеленок готовят на определенную социальную роль, в соответствии с уже созданным бизнес-заказом, ни о каком фундаментальном общем образовании говорить не приходится. Не случайно банкстер Герман Греф показательно вздыхал и охал по поводу «советской системы, которая пичкает человека ненужными знаниями». Зачем инженеру «Газпрома» знать Достоевского? Зачем оператору «Ростелекома» помнить и любить историю родной страны? Все эти «лишние» знания надо бы «оптимизировать», чтобы не забивать себе голову.

Апофеозом этой воплощенной «Матрицы» будет «Алмазный букварь» – мега-продвинутый искусственный интеллект, который и будет «онлайн-учителем» каждого человека, определяя ему судьбу на основании анализа собранного персонального «цифрового следа». Ну и для исчезновения последних сомнений система прямо именуется «узаконенным рабством».

Если вчитаться, мы увидим почти 100% совпадение логики Шмелевой с планами ее коллеги, экс-замминистра просвещения, руководителя проектного офиса нацпроекта «Образование», создателя паспорта федерального проекта «Цифровая образовательная среда», а ныне – вице-президента Сбера Марины Раковой . Шмелева заведует «Сириусом» и его филиалами, а Ракова ранее внедряла по всей стране «Кванториумы» - центры раннего выявления талантов детей для получения ими знаний в перспективных областях нано-, био-, нейро-, лазерных, IT- и других современных технологий. Эти заведения изначально проектировались как образовательные центры для избранной обслуги цифровизаторов, а вовсе не гарантирующие равные возможности для всех. Индивидуальный сертификат на занятия в «Кванториуме» позволяет посещать бесплатно максимум одну секцию, а далее проект предусматривает выкуп сертификата на обучение одаренного ребенка бизнес-партнером, софинансирующим строительство и оборудование технопарка. Вот что говорит об этом сама Ракова:

«Образовательные программы технопарков создаются в тесной связи с запросами конкретных госкорпораций, крупных промышленных предприятий. Фактически мы будем получать запрос от таких предприятий на подготовку будущего специалиста с соответствующими компетенциями».

А вот слайд из одной из презентаций Раковой:




Обратите внимание, с детства внедряется лояльность не к государству, не к Родине, а к компании (в том числе – транснациональной), которая тебя «воспитала» и образовала, — вот что хотят навязать нам агенты перемен в образовании. А фраза «корпоративная культура с детства» попахивает уже… да-да, откровенным капитал-фашизмом: именно в фашистских социальных формациях корпоративное подчинение — превыше всего. Инноваторы сами признаются, что человек в новой системе образования не будет принадлежать сам себе. Его судьба вообще мало интересует бизнес-инвесторов и «людеардеров», главное – отбить потраченные на подготовку их «человеческого капитала» средства, чтобы биообъект был легко управляем и имел достаточные интеллектуальные способности для развития по заданной заказчиком «карьерной траектории».

***

В завершение нашего разбора ценностей и устремлений одного из лидеров «Единой России», нацеленной на реформирование (читай – демонтаж) традиционного российского образования приведем очень характерный диалог-интервью Шмелевой с директором департамента аудита образования, науки и инноваций Счетной палаты РФ Светланой Меркушиной, записанный в январе 2021 г. в кулуарах Гайдаровского форума – ежегодного слета либерал-глобалистов, адептов иностранных инвестиций и прочих разрушительных идей Гайдара, проводимого на площадке РАНХиГС.

Меркушина: «Школьникам в рамках дистанта 2020 г. не хватало осознанности, самостоятельности. Как возможно перейти от парадигмы системы образования вовлечения, когда к школьнику относятся как к объекту, к парадигме совершенно другой, когда школьника ставят в центр всей системы образования?»

Шмелева: «В первую очередь, я бы предложила персонализацию программ, когда подстраивают программу под интересы школьника, даже «день в день», когда она меняется ежедневно, в зависимости от уровня усвояемости школьником. Это ближайший вызов. Как мы научимся это делать, так мы и научимся делать раннюю специализацию.

Нельзя давать знания «с запасом», надо давать персонализированные знания для каждого. Что должно произойти, например, с учебниками? Какие административные и организационные инструменты надо использовать, чтобы сегодня школьник мог получить максимум, чтобы он получил представление о перспективе развития новых технологий?»


Меркушина: «…сегодня очень меняется роль педагога. Вот личный опыт Южной Кореи – они сделали в седьмом классе один семестр, который был свободен от экзаменов, они также позволили школьникам выбирать новые формы обучения – диалог, дискуссия, защита проектов… И такой подход распространился на многие школы.

Дистанционка – это здорово, хорошо, она открыла много возможностей… Но нужны смешанные программы обучения, очень тяжело дается только дистант. Сейчас обсуждается концепция школы как «хаба», в котором остается классическая форма обучения, но в то же время вводятся новые эксперименты, проекты, и вот такая коллаборация очень важна. Но у вас в «Сириусе» есть такие истории…»


Шмелева: «У нас почти 1000 команд в этом учебном году продолжают работу над проектами. И эти проекты сформированы ведущими компаниями – российскими, международными, регионального уровня. И здесь есть большой воспитательный момент. Это очень мотивирующая вещь - вот это воспитание: в пользу чего надо отчуждать свое будущее знание и интерес, имея в виду выбор профессии. И вот тут нужна общая стратегия, надо видеть роль каждого партнера по развитию образования…»

Меркушина: «Говоря о политике в сфере образования, я бы сказала вот что. Самое главное – не нужно запрещать, нужно оставлять свободу воли. Я часто слышу заявления от экспертов в сфере образования: «а давайте детям до 5 класса откажем в работе с планшетами». Ну – не надо. Мы хотим с одной стороны достигнуть каких-то показателей высоких в международных рейтингах, по робототехнике например, с другой стороны забываем, что программирование – тот же планшет и компьютер. Запреты – это во вред образованию, образование всегда про творчество, про эксперимент и про креатив...»

Шмелева: «…мы заинтересованы в том, чтобы это обсуждение продолжалось, чтобы появились партнеры, готовы вложиться в те или иные проекты, либо которые уже в них участвуют».

Вот так, товарищи. Дистанционка – это здорово. Эксперименты и гаджеты в раннем школьном обучении – просто отлично. Концессия «Сбера» и Mail.ru Group с Минпросветом в школах – только начало. Шмелева, Ракова вместе с Грефом и компанией готовят нам полный переход к государственно-частному партнерству, впоследствии – к полному уходу государства с «рынка образовательных услуг». Кому повезет больше (хотя вменяемый родитель вряд ли назовет это везением), у того ребенка отберут для дальнейшей профподготовки к службе людеардерам в «Сириусе», ну а для остальных заготовлены «карьерные траектории» от инвесторов пониже рангом. Если мы не хотим видеть таких инноваторов (из «Единой России» и не только) у руля страны – необходимо делать соответствующие выводы и предпринимать соответствующие шаги.
Публикации | Ошибка? Вторник,10:00 0 Просмотров:49
Другие новости по теме:
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.