» » «За что раньше отвечал Бог — за это сейчас отвечает человек»: разговор о вере и атеизме

«За что раньше отвечал Бог — за это сейчас отвечает человек»: разговор о вере и атеизме

0

97

Одна из глобальных проблем человечества с его самых ранних времен — неспособность людей мирно договариваться или просто разговаривать друг с другом. Одна из причин этого — разный категориальный аппарат, то есть под одним и тем же словом мы часто понимаем совсем разное. А это непонимание влечет не только споры, вражду, но порой и войны между народами.

Непонимание в религиозной сфере строится на той же основе. Как разговаривать, как донести свою мысль и услышать другого, если под терминами «религия», «вера», «Бог», «христианство», «церковь», «атеизм» и т.п. мы подчас понимаем совсем противоположные вещи? Вот только маленький пример из моего последнего опыта.

В своей колонке к пятилетию «» я написал, что меня религия уже не интересует. Один читатель спросил: а что я понимаю под словом религия. Для него религия — это живая свободная связь с Богом, а для меня напротив — религия — это внешняя социальная структура, с ее одобрениями и запретами, надсмотром и наказанием, необходимостью следовать предписаниям и служить чьим-то «высшим» целям. То есть религия для меня — это несвобода, как раз религия часто и закрывает возможность свободного взаимодействия с Богом.

А другой читатель разочаровался во мне, узнав о моем равнодушии к религии, припечатав приговором: «равнодушный к Богу — равнодушен и к ближним». То есть религия для него равна Богу.

И как тут договориться?

Мне кажется, путь к пониманию друг друга, в той же религиозной сфере, — это, во-первых, стремление сначала договориться о значениях и смыслах слов: правильно ли мы понимаем другого человека или же додумываем за него.

А второе — чтобы договориться, нужно не заниматься «миссией», не навязывать другому свою «истину», а лишь поделиться своим, частью себя, и выслушать другого, принять его опыт как ценность саму по себе, даже если этот опыт или эти взгляды совсем не близки твоим.

Примерно в этом ключе мы и постарались побеседовать с екатеринбуржцем Денисом Порубовым — о вере и атеизме, о духовном пути и личном опыте. Уточню, что это не интервью, а просто живая беседа, из которой я выбрал некоторые цитаты.

Моему собеседнику 47 лет, учился в Уральском госуниверситете на философском факультете, работает в полиграфии, увлекается астрономией и занимается ее популяризацией.

Приход к вере

Денис был одним из первых кришнаитов тогда еще Свердловска:

«Я взрослел в интересные времена — в восьмидесятые. Тогда появились новые веяния в культуре, много новой информации. Интерес к мистике зародился тогда.

Отрицание старой советской идеологии, атеизма сыграло роль. Раз нам врали, то врали во всем».

Денис Порубов. Фото из личного архива

Денис изучал восточную мистику, религиозные синкретические учения, но постепенно пришел к христианству, православию:

«Мне казалось, что православие — конечный пункт, то, к чему надо было прийти».

При этом воцерковленным человеком не стал: крещение так и не принял, хотя изучал апофатическое богословие. В храм ходил, когда была потребность, а на Пасху старался приходить всегда:

«В церкви у меня был эмоциональный подъем, ощущение благодати — где-то есть сила, которой ты сопричастен. Когда возглашают „Христос воскресе“, ощущаешь, что ты причастен чему-то большему, твоя жизнь не ограничена земными рамками. Переживания, которые нельзя получить, будучи неверующим человеком.

Приходил на Пасху всегда, у меня была потребность. Пасха — это ось, вокруг которой вращается все христианство».

О вере

«Задавая Богу вопрос, не надо пытаться самому на него ответить».

«Вера — это внутреннее убеждение, ощущение. Если вера на первом месте, то логика отходит на второй план. Ты не веру проверяешь логическими построениями, а свои умозаключения проверяешь верой, и если они не соответствуют вере — тем хуже для них».

О вере и науке

Будучи верующим, Денис не видел противоречий между верой в эволюцию и верой в библейского Бога, а астрономию считал путем познания Божьего творения:

«Есть восьмой псалом: „Когда взираю я на небеса Твои — дело Твоих перстов, на луну и звезды, которые Ты поставил, то что́ есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его?“ Когда ты смотришь на звездное небо, есть ощущение глобальной разницы между мирозданием, вселенной и тобой, человеком. У меня это сливалось: восхищение творением Бога и моим местом в этом. Поэтому я считал, что наука, познание творения Бога — хороший, правильный процесс, так надо, достойное занятие».

Вопросы к РПЦ

«У многих верующих есть вопросы к структуре РПЦ. В какой-то момент мне стало казаться, что иерархи Церкви, начиная с патриарха Кирилла, спикеров вроде Чаплина и Смирнова, ведут себя так, как будто они точно знают, что Бога нет. Будто они позвонили в небесную канцелярию, а им сказали: чуваки, пардон, Бога нету. Они будто точно знают, что им ничего за это не будет, что моральные принципы не стоят ничего.

Меня это удивляло, но моя вера от этого не страдала. Я решил: ну раз они себя так ведут, печально, но Бог им судья.

Недовольство Церковью как общественной организацией у меня нарастало постепенно. Я понимал, что православие — вера правильная, но люди так себя не ведут. Я стал задумываться: может, сказать себе, что я уже не православный?

А тут появился новый, веселый папа, Франциск, который стал отказываться от привилегий, летал на самолете с обычными гражданами. Я думал: о, вот пример, так же надо. Я понимал, что в этом есть изрядная доля популизма, но это же хороший популизм. И возник контраст: между тем, что у нас, и тем, что там. Дискомфортное было у меня состояние».

Потеря веры

Шагом к потере веры стало общение в скайпе со старой знакомой, которая стала лютеранкой и вела общественную деятельность на благо своей лютеранской общины:

«Меня поразил внутренний свет, исходивший от нее, — свет человека, живущего в гармонии с собой, со своей верой. Как дерево, которое выросло и цепляется за облака, так и здесь человек вырос в другой мир. Будто греешься на солнце, которое тебя защищает. Я увидел в ней ту самую гармонию, равновесие, которого мне не хватало.

Мне казалось, что протестантство — упрощенный вариант, а оказалось: вот, можно так. И я подумал: а может, попробую? Конечно, православие лучше, но, может, они, протестанты, все такие?

Связался с нашей лютеранской общиной, начал собирать информацию, читать. И вот тут я понял, что не хочу к ним идти — веры во мне больше нет.

Может показаться, что я терял веру под влиянием общественно-политических процессов — на самом деле нет. Я менялся, занимался наукой на любительском уровне, и постепенно мне стала не нужна вера. Я просто осознал это в тот момент. Я смотрел на тексты лютеранские и понимал: чувак, ты атеист.

Это было эмоциональной встряской. Но потом я подумал: а что поменялось? Мои моральные принципы, мои отношения с людьми не поменялись, когда я веру потерял. Вера ушла, но остальное не изменилось».

Фото из личного архива Дениса Порубова

Об атеизме

«Религия не ерунда. Мои ощущения в вере не были ерундой, были важными. И ощущения другого верующего человека — не ерунда, они важны для него. Верующий может заблуждаться в чем-то с моей, атеистической точки зрения, но его вера, его переживания — не ерунда.

Люди верующие — не глупые, не негодяи, хотя такие и есть, как и среди атеистов. Это просто люди с иным мировоззрением. Религия — часть нашей культуры.

В свое время я сам посмеивался над людьми, которые говорили, как один мой знакомый: „я, конечно, неверующий, но что-то такое там есть“. И он делал такой жест рукой у виска, будто закручивает воображаемую лампочку. А сейчас я могу сказать, что „чего-то такого“ нет. Это атеизм.

Атеисту теоретически можно доказать, что что-то есть: чудеса, существа иной природы. Но в тот момент, когда ему это продемонстрируют, то для него сверхъестественное просто переходит в разряд естественного.

Любое событие, явление мы стремимся объяснить. У религии тоже есть эта объяснительная функция. Но в современном мире объяснительная роль религии уменьшается — на те же вопросы теперь отвечает наука.

Сейчас в моем мироощущении поменялось место человека в мире. Человек верующий делегирует Богу наделение мира смыслом, атеист считает, что смыслом все наделяет только человек. Когда Бога над человеком нет, то человек становится выше. За что раньше отвечал Бог — за это сейчас отвечает человек».

В конце беседы Денис подчеркнул, что не является воинствующим атеистом, не видит смысла бороться с религией. Но есть общий враг и для атеистов, и для верующих — это мракобесие, агрессивные адепты которого не склонны к диалогу, зато готовы все и всех вокруг запрещать, вплоть до применения к противникам насилия:

«Мракобесие — зло, это общественная проблема, против этого должны бороться все».

***

От себя добавлю, что из разрозненных цитат, возможно, читателям будет трудно составить цельный образ моего собеседника, но в этом и смысл: мы должны помнить, что за текстом, за словами всегда есть человек, который всегда сложнее и глубже слов и мыслей, которые есть у него в данный момент. Человек — это живой процесс, Божье ли творение или космическая гордая пылинка — тут каждый сам пусть определится, — и нет нужды воевать и ломать другого под свое мнение, которое тоже не статично, — мы вполне можем и мирно сосуществовать, имея разные взгляды, и даже понимать друг друга, насколько это вообще возможно.

Публикации | Ошибка? Среда,10:00 0 Просмотров:45
Другие новости по теме:
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.